Деревня расположена на узком перешейке, отделяющем озеро Свиное от устья реки Почи, на расстоянии восьми километров от деревни Вершинино.
Усть-Поча входила в число крупных селений Кенозерья. В сороковых годах XIX века деревня состояла из семнадцати крестьянских дворов. На окраине её, на возвышении, стояла старая часовня Николая Чудотворца, времени постройки которой никто не помнил. До середины XIX века Никольская часовня была приписана к Кенозерским церквям, позже её причислили к Почезерскому приходу.
В наши дни часовня почти не выделяется среди обступившей её поздней хозяйственной застройки. Только скромная главка с крестом да несколько сосен у восточного фасада указывают на культовое назначение здания.
Первоначально прямоугольный в плане объём здания включал рубленный «в обло» пятистенок молитвенного помещения с притвором и открытую западную паперть под общей двухскатной крышей самцово-слеговой конструкции. Венчала крышу небольшая главка, крытая лемехом. Пол паперти был устроен на консольных выпусках низкого подклета часовни. Ко времени постройки памятника относятся следы на слегах крыши от куриц, державших потоки. Внутренние стены часовни были вытесаны «в круглый угол». Сдвоенные трёхкосящатые окна на боковых стенах освещали помещение. Особой художественной выразительностью отличалась входная часть часовни. Скульптурная пластика соединённых «в ус» с заплечиками широких дверных колод, усиленная тонкой перспективной резьбой в виде килевидной арки, превратила дверной проём в портал. Резные стойки, поддерживающие залобник паперти, предшествовали порталу. Они декорированы резными гранёными балясинами с рельефными тройными перевязками и тонкими подрезками.
В часовне находится одно из самых сложных и уникальных по иконографии «небес» Кенозерья. Роспись не имеет прототипов и единственна в своем роде.
Основное поле каждой из двенадцати радиальных граней занято фигурой архангела или евангелиста. В центральном круге – Новозаветная Троица. Правда, на восточной грани нет традиционного Распятия. Вместо него – святитель Николай, которому посвящена часовня. Несомненно, его образ был и в иконостасе, где хранились довольно древние иконы, восходящие к XVII веку.
Святитель изображен на «небе» в рост, фронтально, в святительских одеждах, с благословляющей правой рукой, в левой держит Евангелие. Необычным является решение заказчиков внести на расписной свод не только фигуру святого, но и сцены из его жития. Житийный цикл состоит из семнадцати композиций, изображенных в прямоугольных клеймах в нижней части граней.
«Небо» в часовне устроено невысоко, нижняя отметка начинается на уровне около двух с половиной метров, так что сцены жития святого максимально приближены к зрителю. Можно рассмотреть детали, прочитать сопроводительные надписи. Хронология жизни святого автором не соблюдена. Сюжеты из жизни святителя Николая произвольно перемежаются с многочисленными небесами чудесами и исцелениями. Правдиво изображены Федором Иоком как культовые, так и обиходные предметы, напоминающие о быте Русского Севера: деревянная лодка с веслом, столовые приборы, купель, хоругви и кадила священников. Несомненно, все сюжеты жития заимствованы из иконописи, но в конкретных деталях художник позволил себе самостоятельность.
Фигуры архангелов с их атрибутами не отличаются от образов других живописных «небес» Федора Иока. Евангелисты составляют исключение: они изображены сидящеми с книгами и перьями в руках на фоне колонн, окон и драпировок. Рядом с ними изображены олицетворяющие их символы. Выразительны в своей бесхитростной трактовке телец и лев, «уютно» разместившиеся у ног евангелистов.